Московские встречи были бессмысленны по своей сути

Московские встречи были бессмысленны по своей сути

Состоялись заседания расширенной «тройки» по Афганистану. Из десяти стран приехали практически все, за исключением США, в задачу которых не входит быть массовкой в пиаре московской дипломатии. Под вежливым предлогом представители США отказались, но уточнили, что общие контакты продолжаются. Приехали и сами талибы (Талибан — террористическая организация, запрещенная в РФ). В основном, из всех стран делегации были на уровне либо специальных представителей по Афганистану, либо в ранге директоров соответствующих департаментов министерств иностранных дел, иными словами, уровень представительства был не очень высоким.

С представителями Талибана получилась и вовсе особенная история. Они прислали весьма странную делегацию. Если в Пакистане, Турции, Дохе талибов представляет непосредственное их руководство, то в Москву они отправили вице-премьера Абдул Салама Ханафи, этнического узбека, который является совершенно невлиятельной фигурой в правительстве. Он был включен в афганский кабинет исключительно под давлением мирового сообщества, чтобы обеспечить видимость инклюзивности правительства. Ханафи даже не скрывает то, что ничего не решает, отвечая на принципиально важные вопросы репликой: «Спросите у пуштунов». Можно сказать, что такой состав афганской делегации был даже оскорбителен для Москвы.

Все проведенные встречи и консультации носили ритуальный бессодержательный характер и были рассчитаны, в основном, на внешнюю аудиторию. Задача российской дипломатии сейчас (и в она действительно преуспела) — это создание пиар-площадки как доказательства того, что теперь Москва решает, а американцы не играют никакой роли в переднеазиатском регионе. Однако эта позиция вряд ли соответствует действительности.

Безусловно, американцы ушли из Афганистана, но те же талибы ведут с ними усиленные консультации по реальным проблемам страны, в отличие от России. Между Россией и Афганистаном объективно нет никаких экономических интересов, нет совместных инвестиционных и просто проектов, наш общий товарооборот приближается к нулю, потому что более двадцати лет Россия не занималась афганским направлением в принципе. Сейчас Москве важно показать, что Россия возвращается в регион. Единственный наш интерес — это обеспечение безопасности, ликвидация террористической угрозы, то есть Афганистан рассматривается как некий хаб терроризма. Как центральная страна Передней Азии на пересечении всех путей он имеет военно-стратегическое значение.

Мы видели публичные заявления наших дипломатов, которые фатальным образом расходятся со словами президента Путина. С точки зрения МИДа РФ, ситуация нормализуется, талибы «стараются», — этот глагол все время употребляет спецпредставитель Кабулов, как будто речь идет о провинившихся школьниках. Это абсолютный блеф. Ни одно требование ни российской стороны, ни, в целом, мирового сообщества Талибаном не было удовлетворено, — это касается и инклюзивности правительства, и взаимоотношений с террористическими организациями, и прав человека.

Владимир Путин, в отличие от российских дипломатов, открыто говорит о том, что за два истекших месяца ситуация в Афганистане системно деградировала, и террористическая угроза на афганских границах кратно возросла. Мы не видим никакой стабилизации региона и, тем более, обуздания тех террористических организаций, которые действуют на территории Афганистана.

Сергей Лавров в своем финальном заявлении попытался усовестить талибов, чтобы они не использовали страну в качестве плацдарма для терроризма, но такие обращения сродни просьбе к людоеду прекратить есть людей.

Нужно понимать, каких террористов пустят на свою территорию талибы. С Аль-Каидой (организацией, признанной террористической и запрещенной в РФ) у Талибана объединенные военные штабы с мая прошлого года. Руководство их породнено династическими браками, и Аль-Каида теперь, можно сказать, составная часть нынешней власти в Афганистане. Если раньше она находилась на неформальных позициях, то сейчас она переходит в плоскость легализованного сотрудничества.

Талибан использует и другие террористические организации в своих целях, делая их гибридными подразделениями собственных вооруженных сил. Талибы не в состоянии обеспечить безопасность на всей территории Афганистана самостоятельно, поэтому отдают различным бандитским террористическим группировкам некоторые регионы во временное оперативное управление. Эта практика широко распространена и вряд ли будет свернута.

Встречи в Москве, безусловно, стали мероприятием имиджевым. Несмотря на красивые фотографии и пресс-релизы, талибы сразу же отвергли все претензии в свой адрес, которые поступили от иностранных дипломатов. Глава делегации Ханафи на своей пресс-конференции сказал, что все обвинения в адрес Талибана высосаны из пальца: уже сформировано инклюзивное правительство, никаких нарушений прав человека не зафиксировано. Выглядело это довольно нелепо.

После того, как встречи состоялись и делегации высказали свое отношение к деятельности Талибана, афганская делегация немного отступила и смягчила формулировки: прилагаются все усилия, чтобы инклюзивное правительство было сформировано, и т. д.

В целом, все эти переговоры оказались бессмысленны. Специальная секция была посвящена возобновлению работы дипломатических представительств, но даже это обсуждать было умозрительно. Дипмиссии не могут работать в условиях, когда государство не признано. Сейчас над посольством Афганистана в Москве по-прежнему развивается прежний флаг Исламской республики Афганистан, сохранен и прежний посол, который фактически представителем страны уже являться не может. С одной стороны, его не могут отозвать, но могут заменить, если будут установлены дипломатические отношения. Однако же пока они не установлены, и до этого еще очень далеко. Примерно то же самое происходит и с афганскими дипмиссиями в остальных странах.

Талибы предъявляют претензии, почему с ними не устанавливают дипломатические отношения, но слышат в ответ, что Талибан не выполнил определенных условий. Идет риторическая игра.

Единственный сухой остаток от состоявшихся встреч заключается в том, что талибы получили договоренности об увеличении объемов гуманитарной помощи, т. е. пока не финансовой, а продовольственной, медикаментозной и т. п. В публичной плоскости не было сказано ничего о возможных кредитных линиях.

Рекордсмен по поставкам в Афганистан гуманитарной помощи — это Узбекистан, который наиболее комплиментарно настроен к талибам. Это понятно, потому что, с одной стороны, он продает в Афганистан электроэнергию, причем в больших объемах, чем Афганистан вырабатывает сам, и этот рынок потерять Ташкент не хочет. С другой стороны, Узбекистан не хочет лишиться надежды на открытие логистических путей к пакистанским портам. Это возможно сделать только при благожелательной позиции Афганистана, и при прежнем афганском руководстве этого не удавалось осуществить.

Другое сопредельное государство — Таджикистан — занимает противоположную позицию по отношению к Талибану, называя нынешнее афганское правительство террористами, с которыми нельзя вести никаких дел. Афганистан и Таджикистан находятся сейчас на грани действительной войны. Обе стороны делают резкие, агрессивные заявления в адрес друг друга, на границе между странами скапливаются войска. Все это не может не настораживать.

Дарья Митина

Источник


Автор Дарья Александровна Митина — российский левый политик, общественный деятель, историк и кинокритик. Ее мать, Наталья Митина, была известным советским сценаристом кино, а отец — Касем Искандер Ибрагим Мохаммед Юсуфзай, был основателем национальной телевизионной сети Афганистана. Ее дед, Мухаммед Юсуф, был премьер-министром Афганистана с 1963 по 1965 год.

Фото: РИА Новости / Пресс-служба МИД РФ



Вернуться на главную
*Экстремистские и террористические организации, запрещенные в Российской Федерации: «Свидетели Иеговы», Национал-Большевистская партия, «Правый сектор», «Украинская повстанческая армия» (УПА), «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ, ДАИШ), «Джабхат Фатх аш-Шам», «Джабхат ан-Нусра», «Аль-Каида», «УНА-УНСО», «Талибан», «Меджлис крымско-татарского народа», «Мизантропик Дивижн», «Братство» Корчинского, «Тризуб им. Степана Бандеры», «Организация украинских националистов» (ОУН), «Азов», «Террористическое сообщество «Сеть», АУЕ («Арестантский уклад един»)


Comment comments powered by HyperComments
1090
4104
Индекс цитирования.
Яндекс.Метрика